А еще я ею разговариваю…» или Vagina – как мировой бренд.

«Миссис Дэллоуэй сказала, что сама купит цветы…»

К чему это я? Да, собственно, ни к чему.

А начинается, как и много у нас в России, с анекдота.
В кассу Камерного зала Новосибирской филармонии (Дом Ленина) приходит мужчина. Между ним и билетером происходит такой диалог:
- Мне билеты нужны.
- Какие билеты?
- Ну, на этот…спектакль…
- Какой спектакль?
- Ну, у вас тут идет… Эти, «Разговоры…»
- Какие разговоры?
- Ну, эти… «Разговоры с влагалищем»!
(немая сцена).

Всё у нас в России переворачивается с ног на голову. И уж сколько раз твердили миру: «Что русскому хорошо – то немцу смерть!» То есть, наоборот. И то, от чего фанатеет Америка, вовсе не обязательно ставить в России. Но как бы то ни было, скандально знаменитую пьесу Ив Энцлер увидели и в Новосибирске. До нас это счастье было доступно только москвичам.

При поверхностном знакомстве с этим явление (а «Монологи вагины» уже вышли за рамки собственно театра и искусства вообще, и стали явлением скорее социальным) бросается в глаза то, как быстро это, в общем-то, довольно заурядное сочинение, обросло ворохом броских эпитетов: «самая знаменитая пьеса конца ХХ века», «одна из самых нашумевших пьес последнего десятилетия», «самая скандальная и самая прибыльная пьеса всех времен и народов», «символ феминистского театра». Причем, сами феминистки сочинение Ив Энцлер не жалуют, упрекая драматурга в том, что она «выставила на продажу самое святое».

Было бы слишком просто объявить «Монологи вагины» бредом и кошмаром политкорректности, если бы не сконцентрировала эта пьеса в себе так много характерных для современного искусства нюансов.

Но – обо всём по порядку.

1. Vagina и автор.

Жила - была одна писательница. Вернее, литератор. Что-то сочиняла. Ни денег, ни славы. Пьесы ее никто не ставил, а 40 лет уже. Тогда решила она попробовать модную в начале 90-х стилистику Teatr.dok. И стала раскручивать беспроигрышную тему: опросила более двухсот женщин самых разных социальных групп, народов, занятий, возраста, сексуальной ориентации. Сочинила пьесу «Монологи вагины», от которой, как черт от ладана, отвернулись все бродвейские продюсеры. Тогда Ив Энцлер стала усиленно рекламировать себя и своё сочинение: она читала его в литературных кафе, сделала моно спектакль и играла его в некоммерческом театре «Спот», выступала перед студентами. Но кое-какие связи в мире шоу-бизнеса все-таки были. Однажды Ив Энцлер встретила Джейн Фонду, которая пребывала в депрессии после развода с теле-магнатом и миллиардером Тедом Тернером. Энцлер уговорила бывшую звезду и жены принять участие в спектакле. Та кинула клич и в 1998 году собрала в постановку своих подружек: Глен Клоуз, Мерил Стрип, Вупи Голберг, затем подтянулись Николь Кидман, Кейт Бланшет, Вайнона Райдер, Наоми Кемпбелл, Опра Уинфри, Ингебогра Дапкунайте. (Почему-то считается, что звезды не могут играть в бездарных пьесах. Еще как могут!) И вот случилось то, что случилось: чертик выскочил из табакерки. Театральный скандал состоялся!

2. Vagina как мировой бренд.

Теперь «Монологи вагины» - это не просто спектакль. Это масштабное и прибыльное предприятие. Пьеса переведена на 30 языков и прошла уже в 53 странах мира. Сейчас спектакль идет одновременно примерно в 100 театрах по всему миру, не считая самодеятельных постановок, собирая до $ 2 млн. в день. Личный капитал самой Энцлер тоже вырос на десяток миллионов долларов. Сама писательница организовала целое общественное движение "V-Day" ("День Вагины") - международное объединение активистов против насилия над женщинами. Созданный при движении благотворительный V-фонд («вагина против насилия») уже собрал более $ 25 млн. по всему миру. Теперь Ив Энцлер может смело выступать с публичными лекциями «Политкорректность – как прибыльный бизнес». Или выпустить книгу «Как заработать вагиной, не занимаясь сексом».

Всё это, согласен, не дает представление о конкретном спектакле, но в какой-то мере объясняет интерес, который «Монологи» вагины» вызвали в России. Интерес к постановке проявляли Кирилл Серебренников и Рената Литвинова. Повезло финскому режиссёру Йоэлу Лехтонену, выпускнику РАТИ (курс Л. Хейфица), постановщику спектакля «4.48» по знаменитой пьесе Сары Кейн (которая, кстати говоря, в отличие от Ив Энцлер, поступила честнее: написала пьесу, поставила точку и повесилась. Берешься за табуированные темы, стираешь грань между искусством и жизнью – будь добр, иди до конца!)

Что же представляет собой собственно постановка? Что увидели и чего не увидели новосибирские зрители?

3.Vagina и спектакль.

В Доме Ленина – аншлаг. На сцене - три актрисы (Вера Воронкова, Анна Галинову и Екатерина Конисевич). Декораций никаких – три стула. Черный задник. Апофеоз театрального минимализма. Получить представление о режиссуре сложно, ввиду отсутствия таковой. И даже отличные актерские работы не спасают спектакль. Первые мужчины стали уходить из зала на 15-й минуте. Женщины - на 25-й. Оставшимся было явно неловко, хотя все старались не подавать виду. Режиссер специально, я полагаю, не стал полностью убирать освещение в зале. Зрителей лишили привычного комфортного сумрака. Неприятные ощущения от монологов со сцены усиливались дискомфортом в зале. Ненормативная лексика, о которой предупреждали устроители, прозвучала только минут через 50, вызвав в зале заметное оживление (народ услышал что-то родное).

Ни сценографии, ни мазансцен, ни музыки. Одним словом, такой вот разговорный жанр. Радиопостановка, только на сцене. И местами, повторюсь, очень неплохая работа актрис не вытягивает спектакль из скучного болота заурядности. Понять свой персонаж, полюбить героиню за несколько минут короткого монолога удается не всегда. Ни исполнителям, ни зрителям. При всем человеческом уважении к актрисам, очень быстро становиться ясно: играть им по сути нечего. «Монологи вагины» - плохая драматургия и слабая литература.

4.Vagina и Евгений Гришковец.

Творческий метод Ив Энцлер – не оригинален. Эта такая «лирико-эпическая манера» Евгения Гришковца, только поделённая на 200 женщин. Продукт коллективного разума. Там где у Гришковца авторская интонация и личный опыт переживаний, у Энцлер – набор фраз, чужие чувства. В «Монологах вагины» нет автора. Или, говоря языком пьесы, там нет вагины самой Ив Энцлер. Писатель не сумела разговорить её. И не в диктатуре патриархальной культуры тут дело. Кричать со сцены «Пиписьки всех стран, соединяйтесь!» - мало для хорошего спектакля.

5.Vagina и Русский репертуарный театр.

«Монологи вагины» - проект совершенно антрепризный, способный собирать публику на редкие выступления в столицах или заинтересовать сугубо фестивальную аудиторию. Представить «Монологи…», как репертуарный спектакль в стационарном театре, совершенно невозможно. В этом смысле, творение Ив Энцлер - одна из моделей существования, один путей развития театра, как искусства. Это, в каком-то смысле то «светлое будущее», которое ожидает русский театр, если очередные реформы в области культуры (изменение хозяйствующих субъектов) будут доведены до конца. Торжество толерантности, аншлаг в зале, финансовые сборы – этого у спектакля не отнять. Но если весь театр станет таким – будет грустно.

6.Vagina и мужской мир.

Ну, а теперь о главном. Ради чего, собственно, и были написаны «Монологи вагины». Сами актрисы признаются: спектакль для них – скорее психотерапия. Возможно, в чем-то шоковая.

Женщинам необходимо выговориться! Женщины – существа вербальное, так они осмысляют свои проблемы. И осмысляя – освобождаются от них. А для мужчин (по замыслу драматурга) спектакль – возможность глубже понять женщин, попытка войти в их совершенно закрытый мир.

И берусь утверждать, этих благих целей постановка не достигает. Не захотят после этого спектакля мужчины понимать женщин! Не захотят говорить с ними об этом! И не в торжестве фаллократической цивилизации дело.

В «Монологах вагины» нет главного – нет тайны, чуда, красоты! Мужчинам не нужен самый совершенный в мире кусок мяса, пусть там и 8 тысяч нервных окончаний. Наша культура давно выродилась в культ тела, но не духа. Торжество политкорректности и унисекса! Соблазн и интригу отношений вытеснило знание физиологии! Человек превращается в набор функций (как в том анекдоте про боксёра: «А еще в неё ем!»).

Никакого «нового мира» сочинение Ив Энслер не открывает. Никакого нового слова в литературе не сказано: роман Альберто Моравия «Я и ОН» написан еще в 1971 году.

Поэтому, дорогие мужчины, если вы действительно хотите что-то понять про женщин, не читайте сочинения Ив Энцлер. Читайте другие книги…

P.S. «Миссис Дэллоуэй сказала, что сама купит цветы…»