Вагина, ты прекрасна!

Премьера знаменитого спектакля "Монологи вагины" по пьесе Ив Энцлер прошла в Москве 12 июня в театре "Эрмитаж". Переводчик пьесы - Василий Арканов является собственным корреспондентом канала НТВ в США, а также автором и ведущим программы "Прогулки по Бродвею", выходящей на канале "Культура". Режиссёр Йоэл Лехтонен. В российской постановке в "Монологах вагины" играют три актрисы: Вера Воронкова, Анна Галинина и Екатерина Конисевич.

Нынче в Москве показывают нечто любопытное: действо, под мягко говоря, неоднозначным названием, "Монологи вагины". Это, как последнее время у нас модно, русская версия западного хита. Спектакль за рубежом изрядно нашумел и даже породил очередное женское движение под названием "V-day". Еще одна и весьма успешная, во всяком случае, коммерчески, попытка откровенно поговорить об ЭТОМ. О сексе, о женщине, о ее сущности, о темной и, одновременно, прекрасной стороне нашей с вами жизни.

В русской версии это оказалась вторая сцена театра "Эрмитаж". Зал маленький, всего рядов 10, темный, камерный, очень уютный, просто стулья стоят - для такого спектакля в самый раз. Публика самая разная - молодые парочки, тетеньки театроведши с горящими глазами… (рядом со мной две шикарные дамы лет под 50 сидели, в бусах и кольцах). Феминисток и лесбиянок и жаждущих секса подростков замечено небыло. Публика самая обыкновенная: в среднем 25-40, хорошо одетые люди. Из знаменитостей (почти анекдот) был Трахтенберг.

Гаснет свет, в темноте слышатся шепот и стоны, на сцену выходят три женщины. Спектакль начался…. Декораций нет, три актрисы, три стула, и все. Актрисы сидят на стульях, иногда та, что произносит монолог, встает, подходит к краю сцены.

Спектакль показался мне интересным, ярким и очень необычным. Во время спектакля вам точно не будет скучно. Спектакль вызывает желание спорить, обсуждать. Но, как и во всяком остром, полемическом произведении, в пьесе, на мой взгляд, не достает некоторой тонкости, более деликатного подхода что ли…

Это крик, лозунг, разрушение табу, попытка откровенного разговора, вопль, призывающий внимание, эпатаж, рассчитанный на то, чтобы взбудоражить, возмутить, заставить заговорить о том, о чем принято молчать. Так, сценка "Реабилитация пизды" (какое верное, красивое слова ПИ-ЗД-А, как много сказано самим звуком…), надо признать, мастерски исполненная, вызывает шок и одновременно восхищение - смелостью, задором, напором. Завершая монолог, актриса с чувством скандирует ПИ-ЗД-А, заставляя повторять за ней, зал, как и в западной версии, радостно подхватил.

Открывает пьесу монолог "Волосы". Муж рассказчицы не любил волосы и заставлял ее брить вагину, что вызывало у женщины чувство унижения и беззащитности. Второй монолог звучит от лица 72-х летней женщины и называется "Потоп"- старая еврейка вспоминает случай из своей молодости, который навсегда определил для нее в дальнейшем место ее вагины в ее жизни. Однажды, будучи на свидании, она перевозбудилась и "потекла", и этот "потоп" был воспринят и ею, и молодым человеком, как нечто недостойное, унизительное. Случившееся с ней навсегда закрыло для нее мир всего, связанного с вагиной, она добровольно отреклась от нее. Женщина называет свою вагину "там, внизу", "подвалом", на котором висит табличка "закрыто в связи с затоплением".

Не обошлось и без лишнего эпатажа, без порой почти туповатой прямолинейности. Настораживает отождествление вагины и женщины. Тезис "вагина - это я" нет-нет, да и проскальзывает. Сосредоточиваясь на вагине, героини, а вместе с ними и зритель, будто бы время от времени забывают и о других составляющих женщины, важно сделать акцент именно на этом, подчеркнуть, увеличить, заставить заметить и признать. Все остальное в данный момент блекнет и отходит на задний план. Но в этом и состоит цель пьесы. Автор говорит, что в современной жизни, с одной стороны, тема вагины табуирована, с другой стороны, женщины сами не хотят замечать собственной женской сущности, стыдятся ее, боятся, или же у них просто нет времени. (Когда одну деловую женщину спросили, как выглядит ее вагина, она ответила - не знаю, у меня никогда не хватало времени посмотреть).

Спектакль призван открыть глаза, заставить посмотреть, признать, что это тоже часть нашей жизни, причем большая, важная, доминирующая, но она зажата, закрыта, люди отгородились от нее и не желают признавать. А принадлежность к полу - это счастье, это жизнь, это судьба. И если закрывать на это глаза, то женщина никогда не сможет познать себя, никогда не сможет открыться миру и получить наслаждение просто оттого, что она живет, и она женщина.

Впечатляет монолог, о проститутке-лесбиянке, которая любила доставлять вагинам удовольствие и делать женщин счастливыми. На мой взгляд, это самый эффектный и мощный монолог во всем спектакле. Эта женщина любила стоны, стоны были ее языком, и она, как дирижер, извлекает из женщин стоны наслаждения, она играет на самых тонких струнах. Финал монолога - воспроизведение разных видов стонов - ошеломляет.

Заканчивается спектакль монологом бабушки, которая присутствовала при рождении своей внучки. Это красивое и логическое завершение всего спектакля. Роды - боль и кровь, рождение и чудо, момент, в который вагина открывается миру, акт самопожертвования и любви, начало новой жизни, раковина, открывающая жемчужина.

Чтобы никто не подумал, что без родов жизнь вагины не имеет ценности, перед последним монологом специально говорится о том, что раньше этот спектакль исполнялся без него, но потом его решили добавить, так как иначе не было бы нужной полноты картины.

Как всегда, когда несколько женщин собираются вместе поговорить, о женской доле неизбежно встает вопрос о феминизме. Я бы не назвала эту пьесу феминистической в строгом смысле этого слова. В пьесе почти нет откровенного противопоставления мужчины - женщины, совсем уж нет даже намека на то, что все мужчины сво.. По большому счету, мужчин в пьесе в принципе нет. Ведь речь-то идет не о них, а о женщине и ее вагине, как самостоятельном, самодостаточном, полном и ярком мире. Обычно вагина рассматривается функционально, по отношению к мужчине, в спектакле же декларируется уважительное отношение к ней самой по себе, без относительно мужского мира. Автор подчеркивает, что этот мир, в сущности, ни в чем не нуждается, если научится принимать свою вагину, любить ее и жить с ней в гармонии. Вагина открывается от любви, тепла, приятия, и закрывается от холода, стыда, невнимания… как цветок.